На австралийском кладбище, у подножия горы Маседон, находится поистине уникальное место упокоения. Над могилой Лори Мэтисона, ушедшего из жизни в 1987 году, возвышается нечто совершенно особенное: полноразмерная мраморная статуя его вдовы. Она изображена обнаженной, словно погруженной в вечный сон прямо на надгробии. Этот памятник, созданный скульптором Питером Шипперхейном по заказу супруги, стал не просто символом их связи, а смелым воплощением ее самой, запечатленной в откровенной позе, вместо привычных скорбящих фигур или ангелов.
На австралийском кладбище, у подножия горы Маседон, находится поистине уникальное место упокоения. Над могилой Лори Мэтисона, ушедшего из жизни в 1987 году, возвышается нечто совершенно особенное: полноразмерная мраморная статуя его вдовы. Она изображена обнаженной, словно погруженной в вечный сон прямо на надгробии. Этот памятник, созданный скульптором Питером Шипперхейном по заказу супруги, стал не просто символом их связи, а смелым воплощением ее самой, запечатленной в откровенной позе, вместо привычных скорбящих фигур или ангелов.