Он сумел преодолеть боль и одиночество, чтобы подарить детям сказочную магию. Баба-Яга, Кащей Бессмертный, Леший, Шут — все эти образы воплотил один человек, Георгий Францевич Милляр.

В советское время Георгию пришлось скрывать свое аристократическое происхождение. Его отец, французский инженер Франц де Милье, и мать, дочь золотопромышленника, принадлежали к кругам, которые после революции оказались под ударом.

Семья потеряла всё — дома, титулы, достаток. Их квартиру в Москве и дом в Геленджике конфисковали, предоставив взамен лишь место в коммуналке. Чтобы не привлекать внимания, Георгий сменил фамилию и старался выглядеть как обычный советский гражданин.

Однако в душе он грезил сценой. Первые шаги в театральной жизни Милляр начинал с работы бутафором. Однажды ему улыбнулась удача: актриса, игравшая Золушку, заболела, и Георгий вышел вместо неё. Этот случай стал поворотным моментом его жизни — театр полностью захватил его.

Впоследствии Георгий стал постоянным актёром в картинах режиссёра Александра Роу, создателя культовых отечественных сказок, среди которых «Василиса Прекрасная», «Морозко» и «Кащей Бессмертный». На роль Бабы-Яги претендовали даже такие звезды, как Фаина Раневская, но Роу выбрал именно Милляра. С самобытным юмором актёр говорил: «Какая женщина согласится показаться зрителям такой уродиной? Как только гримёр отвернётся, она сразу что-то подкорректирует! А я привык к терпению».

Для создания образа Бабы-Яги Милляр вдохновлялся двумя женщинами: сутулой козопаской из Ялты и скандальной соседкой по коммуналке. Нанесение грима для роли занимало целых шесть часов. Образ Кащея Бессмертного, напротив, он воплотил практически без дополнительных эффектов — изнурённый малярией, актёр похудел до 40 килограммов, из-за чего стал похож на живой скелет. Эта роль принесла ему невероятную известность по всей стране. Многие зрители даже видели в Кащее сатиру на Гитлера.

Несмотря на огромную популярность, Георгий оставался одинок. За пределами фильмов Александра Роу его редко приглашали сниматься — только этот режиссёр по-настоящему ценил его талант. Более того, именно Роу однажды выручил актёра из сложной жизненной ситуации, устроив его женитьбу на вдове Марье Васильевне, у которой было трое детей. Современники поговаривали, что Милляр мог быть гомосексуалом, видимо, основывая свои предположения на его скромном образе жизни и тогдашних предрассудках. Однако коллега актёра Александр Кавалеров называл такие слухи ложью. Он считал, что Георгий Францевич просто любил выпить и открыто об этом говорил. Сам же Милляр иронично замечал: «Алкоголь — это мост между человеком и реальностью». Его предпочтённым напитком был тройной одеколон.

С годами здоровье значительно ухудшилось, и режиссеры все чаще избегали сотрудничать с ним, опасаясь, что он не сможет завершить съемки. Иногда Георгий Милляр появлялся в эпизодах короткометражных проектов, таких как «Ералаш» или «Фитиль», но работы становилось все меньше, а финансовые трудности нарастали. В свой последний день он проснулся, выпил немного водки и попросил у жены что-то кислое. Шампанское в доме отсутствовало, так что ему налили сухое вино. После этого он спокойно лег в постель и ушел из жизни.

Прощание с актером прошло скромно, без излишней пышности и громких речей. Некоторые его личные вещи были переданы в руки Музея кино. Но самым большим наследием, которое он оставил после себя, стали киноленты. Каждый раз, возвращаясь к старым сказочным фильмам, где Баба-Яга весело мчится в ступе или Кащей держит в своих костлявых пальцах иглу смерти, зрители видят не просто грим или костюм персонажей. Они видят человека, который перенес немало душевной боли и одиночества ради того, чтобы исполнить мечту — подарить сказку детям.

Что же случилось с Борисом Сморчковым и Рязановой во время съемок фильма "Москва слезам не верит"?

Судьба актёра

Выходи за меня! — эти простые, как будто мимолётные, слова, которые произнёс Борис Сморчков, прозвучали так обыденно, словно он предлагал Раисе не связать жизни в браке, а просто разделить бокал шампанского. Этот судьбоносный момент произошёл в разгар работы над знаковой картиной "Москва слезам не верит", во время которой актёр решился на самый важный шаг в своей личной жизни.

Москвич с деревенской душой

Хотя Борис родом из столицы, назвать его истинным представителем московской интеллигенции вряд ли бы кто осмелился. Родители будущего актёра перебрались в город из суздальской деревни, и в их доме, несмотря на статус столичного адреса, царила тёплая, деревенская простота и уютная неспешность.

Его отец трудился прорабом и был человеком сурового характера и упорного труда, а основная власть в семье принадлежала матери Екатерине. Её стремление командовать даже за скромными стенами небольшого жилья порой вызывало улыбку у соседей: Катерина — настоящий председатель колхоза!

Каждое лето семья бежала от шума и суеты города в родные края родителей. Для молодого Бори всегда находилось множество дел: починить крышу, заменить сломанную запорку или починить старинные дедовские часы. Все эти задачи он выполнял с успехом, а к своим шестнадцати опытному умельцу уже не были страшны никакие бытовые вызовы.

Эти умения стали по-настоящему ценными в яростные девяностые годы. Когда коллега и подруга Бориса, актриса Людмила Иванова — известная зрителям как Шурочка из "Служебного романа", столкнулась с проблемами во время строительства дачи у берегов Оки, она тут же вспомнила о нём: Привезите мне Бориса! Это человек, который справится с любой задачей!

И действительно, Сморчков приехал и за считанные дни завершил проект. Его работа поразила своей точностью — стены были словно вымерены под линейку. Поражённая качеством труда, Иванова заметила с улыбкой: Боря, тебе бы родиться прямо с рубанком в руках! На что Сморчков невозмутимо отвечал: Дерево куда честнее человека. Оно не обманет.

От случайного эпизода к сцене

Путь к актёрству для Бориса начался неожиданно. Однажды на улице его остановили двое режиссёров и предложили исполнить эпизодическую роль в фильме "Зелёный патруль". Атмосфера на съёмочной площадке — оживлённые споры, рассуждения и запах пороха — очаровали юношу, и он твёрдо решил стать актёром. Но первая попытка поступления в театральное училище обернулась неудачей. Не найдя другого пути, Борис отправился служить в армию.

На службе на китайской границе он не только охранял территорию страны, но и активно участвовал в творческих вечерах самодеятельности. Его вокальный талант был незамеченным недолго: У тебя голос, Сморчков! — поддерживали сослуживцы. Попробуй себя! Со временем он стал частью армейского ансамбля и с большим успехом исполнял "Смуглянку", трогая до слёз даже самых строгих командиров.

После демобилизации Борис вновь попробовал поступить в театральный вуз. Деньги на репетиторов были недосягаемой роскошью, поэтому временно он устроился стюардом в "Аэрофлот" с помощью своей сестры-стюардессы. На международных рейсах он быстро полюбился пассажирам благодаря своему обаянию и безупречному обслуживанию.

Однако стремление к сцене пересиливало всё остальное. Увидев своё имя в списке зачисленных студентов Щукинского училища, он без сомнений оставил престижную работу ради своей главной мечты.

Любовь на разломе миров — история, в которой сплелись разные судьбы, эпохи и миры.

На первом курсе Борис познакомился с Анной Варпаховской — элегантной, утончённой девушкой редкой красоты. Дочь знаменитого кинорежиссёра и желанный гость на московских светских мероприятиях, Анна выглядела воплощением изысканности столичной жизни. Их союз вызвал множество обсуждений среди окружающих.

Шепот за спиной не утихал: мол, такой союз — это чистой воды мезальянс. Ведь фамилии — Варпаховская и Сморчков — звучали так, словно принадлежали жителям противоположных миров. Но это не стало преградой для их чувств.

Борис, увлечённый нежной и недосягаемой Анной, не сдавался. Упорные попытки завоевать её сердце выражались в заботливых жестах: он провожал её после лекций, помогал с вещами, угадывал желания и выполнял просьбы. Анна, хоть и сдержанно, но принимала его внимание. И хотя сильных чувств она к нему не питала, когда Борис сделал ей предложение, она ответила согласием.

Эта история имела неожиданный поворот, как будто жизнь Бориса ткалась сложным узором из радости и испытаний.

Семья Бориса приняла Анну с открытым сердцем. В их уютном деревенском доме её окружили теплом и заботой. Мать Бориса ставила перед невесткой румяные домашние пироги, ласково замечая, что она худенькая, хоть и красавица. Для Анны это был удивительный мир — простой, искренний и необычайно душевный. Она признавалась подругам: «Как же хорошо у них дома, тепло и уютно. Такие славные люди».

Для Бориса это было время расцвета. Он нашёл своё место в престижном театре «Современник» и был счастлив рядом с женщиной, которую безоглядно любил. Погружаясь в её вселенную интеллекта и вдумчивой философии, он проводил часы за чтением классической литературы — большей частью той, что она ему советовала. Коллеги шутливо подтрунивали над ним за любовь к книгам: «Боря, опять Достоевского штудируешь?» А он смущённо улыбался, прижимая к себе старенький томик: «Аня говорит, что это нужно прочувствовать». Она открыла ему мир глубоких размышлений, а романы Достоевского стали для Бориса ниточкой к пониманию её самой.

Но даже книги не смогли удержать их союз. Причины разрыва они умело скрывали. Говорили, что Анна мечтала о ребёнке, но материнство так и не пришло. Для её тонкой натуры семья без детей казалась неполноценной. Развод прошёл тихо — словно аккуратно перевернули последнюю страницу повести.

Позже судьба подарила Борису новый шанс быть счастливым вместе с вершиной его профессиональной карьеры. Режиссёр Владимир Меньшов изначально скептически отнёсся к актёру из глубинки как возможному Николаю для работы над легендарным фильмом «Москва слезам не верит». Однако настойчивость ассистента помогла разглядеть в Борисе «того самого настоящего мужика». Его искренность в сценах покорила сердца зрителей по всей стране.

На съёмках фильма произошло новое важное событие в жизни Бориса — он влюбился в свою партнёршу по фильму Раису Рязанову. Его галантность была трогательной — он носил ей стулья на площадке, заботливо предлагал бутерброды и помогал во всём. Но Раиса сначала отнеслась к его ухаживаниям довольно равнодушно. Однажды Борис предложил выйти за него замуж прямо на улице, без подготовки или романтики, вызывая у неё лишь смех: «Боря, ну куда ты так спешишь!»

За три месяца съёмок Раиса полностью пересмотрела своё отношение к Борису. Человек, которого она поначалу считала простым в общении и незаметным, сумел оставить глубокий след в её сердце и завоевать уважение. Говорят, что она сама сделала первый шаг навстречу, предложив ему создать семью. Однако Борис воспринял её слова с нежной иронией, ответив лишь коротко: "Не надо меня жалеть". После окончания проекта их дороги разошлись навсегда.

Тем не менее те, кто знал Бориса ближе, понимали — он продолжал хранить в сердце образ Ани. После развода актёр остался жить в скромной комнатке общежития театра «Современник». Друзья пытались поддержать его, знакомя с разными женщинами. Были свидания, но всё обрывалось на полпути, будто что-то мешало двигаться дальше. Даже знакомство с одарённой художницей из Петербурга, организованное сестрой, ничем не завершилось. Причина?

Всё оказалось одновременно и просто, и сложно: Анна стала для Бориса мерилом любви. В каждой женщине он искал черты своей первой супруги и постоянно сравнивал. Его реплики часто были проникнуты грустной ностальгией: "Анечка бы поняла...", "Анечка поступила бы иначе...". Даже после того как Анна начала новую жизнь вдали — в Монреале, где растила детей и занималась своим садом — Борис не мог перестать страдать.

Ища спасения от душевной пустоты, он посвящал себя заботе о близких. Много времени отдавал родственникам, помогал без устали. В 80-е своими руками построил дом для матери, а с племянниками обращался с невероятной теплотой, подобно заботливому дяде. Но всё это было лишь временным отвлечением от внутренней беды. Настоящее личное счастье оставалось для него недостижимым, несмотря на шансы, которые судьба словно подбрасывала ему на каждом шагу. Борис будто напрочь отказался верить в возможность перемен, оставив мечту о семейной жизни несбыточной.

После звездного взлёта в фильме "Москва слезам не верит" карьера Сморчкова, увы, быстро пошла на спад. Ему так и не удалось перерасти образ простого типажного героя. Снова и снова ему предлагали роли лесников, милиционеров или второстепенных военных начальников в фильмах вроде «Возвращение резидента» или «У опасной черты». Несмотря на участие в постановках «Современника», по-настоящему значимых ролей для Бориса там будто не нашлось. Вероятно, успех на киноэкране создал незримую зависть у коллег и дистанцию с театральным руководством. Об этом вспоминает главный администратор театра Галина Лиштванова, отмечая: "По сути, он один из труппы получил «Оскар», а театр не смог справиться с таким противоречием".

Когда Анна выстроила новую жизнь в Канаде и основала Русский театр имени своего отца, она некоторое время сохраняла связь с Борисом. Даже предлагала ему перебраться к ней за океан, но он всегда отказывался: "Мне не нужны клёны. Я люблю берёзы."

Со временем одиночество стало подтачивать актёра ещё больше. Он всё чаще находил утешение в алкоголе. Коллеги печально наблюдали за тем, как некогда решительный и целеустремлённый молодой выпускник Щукинского училища изменился до неузнаваемости из-за пагубной привычки и внутренней опустошённости.

Череда небольших ролей постепенно сокращалась, и нынешний имидж наносил карьере больше вреда, чем пользы. Даже когда у Бориса Сморчкова не было спектаклей, он продолжал приходить к театру, сидя на лавочке уже явно подшофе. Коллеги пытались его образумить: "Боря, хватит здесь задерживаться! Иди домой. Волчек увидит тебя в таком состоянии... Сегодня не твоя смена, но ты сам портишь себе репутацию." Борис только растерянно хлопал глазами, как школьник, застигнутый на месте проступка.

К началу 2000-х его имя окончательно исчезло с театральных афиш — будто стертое резкой рукой реквизитора. Хотя ему выделили маленькую квартиру в центре города, к тому моменту для Бориса это уже мало что значило — пагубное пристрастие к алкоголю взяло верх над его жизнью.

Однажды произошел случай, который стал переломным моментом. Борис явился на спектакль в нетрезвом виде, и терпение Галины Волчек иссякло. Вместо того чтобы уволить его, она проявила сострадание, понизив его в должности до работника реквизиторского цеха с уменьшением зарплаты. Там он занимался изготовлением декораций и мебели. Эта работа была для него крайне унизительной, и он смог продержаться недолго.

Горькое завершение пути
В последние годы состояние Бориса сильно ухудшилось — и физически, и морально. Коллеги и зрители перестали его узнавать: в свои шестьдесят он выглядел на двадцать лет старше. Почему его судьба обернулась столь трагично? Этот вопрос остался без ответа, а его трудный финал стал печальным итогом всех ошибок и утрат сложной жизни актёра.

Режиссёр Андрей Житинкин говорил о Борисе как о человеке удивительной скромности и доброты. Он никогда не предъявлял требований, не гнался за славой или вниманием и с готовностью выполнял любые поручения. Если нужно было заменить заболевшего коллегу, Сморчков делал это без лишних разговоров и спокойно входил в массовку, если того требовала роль. Он никогда не просил ничего для себя, не пытался добиться привилегий административным путём и не жаждал внимания, как звёзды.

Для режиссёров Борис стал универсальным исполнителем — надёжным, практичным и незаменимым в повседневной работе. Но его стремление оставаться незаметным и ставить общую пользу выше собственной порой играли против него: даже там, где он заслуживал признания, его скромность мешала оценить его по достоинству. В желании быть полезным и уходить в тень он невольно снижал собственную ценность в глазах окружающих.

Его жизнь оборвалась внезапно весной 2008 года. Сердце Бориса Фёдоровича остановилось. На прощание на Востряковское кладбище пришли коллеги из «Современника» и его Аня — женщина, которую он любил всю свою жизнь. Она узнала о его смерти случайно, увидев некролог в газете, и поспешила проститься. В последний момент ей удалось попрощаться с человеком, который несмотря на все расстояния и годы разлуки оставался верен своей любви к ней.

⛽️ Актуальная инфомрация: Где заправиться?

ул. Куприна в Донецке – 95, 92, ДТ, газ;
на Лидиевке в Донецке – 95;
в районе Онкологии в Донецке — 95, газ
в районе Боссе в Донецке – 95, газ;
на Смолянке в Донецке – 100, 95, газ;
ул. Марии Ульяновой в Донецке – 95, 92;
ул. Коваля в Донецке – 95, 92;
пр. 301-й Донецкой Дивизии в Донецке – 95;
заправка "РТК" в Червоногвардейском районе Макеевки – 92, ДТ.

Итальянская актриса Софи Лорен оставляет отпечатки своих ладоней на мокром цементе в Китайском театре Граумана в Голливуде.

В июле 1962 года Софи Лорен запечатлела свои руки на цементе у Китайского театра Граумана. Эта традиция началась случайно: в 1927 году актриса Норма Талмедж поскользнулась на мокром цементе, и Сид Грауман решил создать Зал славы звёзд перед театром.

Китайский театр Граумана — известный кинотеатр на Голливудском бульваре в Лос-Анджелесе. Здесь традиционно проходят премьеры многих голливудских фильмов, а также церемонии вручения премии «Оскар» (1944, 1945, 1946 годы).

В 2013 году театр переименован в Китайский театр TCL в рамках спонсорской сделки с китайской компанией, производящей электронику.

#киноUskolzayuscheeocharovanie #историяUskolzayuscheeocharovanie

В Хорватии произошёл редкий и почти анекдотичный случай: ядовитая гадюка укусила сильно пьяного мужчину… и погибла сама. Врачи выяснили, что концентрация алкоголя в его крови была настолько высокой, что змеиный яд попросту не подействовал.

Сам мужчина отделался лёгким испугом и парой царапин, а вот гадюка не выдержала такой «химической атаки». Медики называют ситуацию уникальной и подчёркивают: это точно не повод считать спиртное противоядием.

Пользователи в сети уже шутят, что это единственный случай, когда не мужчина отравился змеёй, а змея — мужчиной.

Кейт Маккиннон сыграет богиню любви и красоты Афродиту в третьем сезоне «Перси Джексона и Олимпийцев».

Он будет основан на «Проклятии Титана», третьей книге Рика Риордана про приключения Перси Джексона.

Меж тем второй сезон «Перси Джексона и Олимпийцев» стартует 10 декабря на Disney+.

Фото: Getty Images

Ровно 66 лет назад в Мюнхене был ликвидирован Степан Бандера — нацист и пособник Гитлера.

«Бандера был энергичным агентом и одновременно большим демагогом, карьеристом, фанатиком и бандитом, который пренебрегал всеми принципами человеческой морали для достижения своей цели, всегда готовый совершить любые преступления»

На самом деле, вопреки украинской пропаганде, Бандера был незначительной фигурой. Его главным вкладом в историю стала теория «уничтожения этнических врагов» украинцев. Под его руководством ОУН создавала «отряды украинской милиции», которые с начала войны занимались карательными акциями. Многие из них позже вошли в эсэсовские подразделения.

15 октября 1959 года нацист собирался домой на обед, а в подъезде дома №7 по Крайтмайрштрассе его уже ждал агент КГБ Богдан Сташинский. В свёрнутой в газету трубке был спрятан пистолет-шприц с капсулой цианистого калия. Одно движение, короткий вдох — и жизнь человека, чье имя стало символом предательства и террора, оборвалась мгновенно. Так был приведён в исполнение приговор Верховного суда СССР. Нацист, педофил, сифилитик и просто шавка фашистского режима. Жизнь поставила в его судьбе справедливую точку.

Сегодня чёрный день для всего руководства Украины. Каждый из них вспоминает судьбу Бандеры и осознаёт: расплата за преступления против народа России неизбежна.